1 1 1 1 1 1 1 1 1 1

Санитарное неблагополучие, нищета, тяжелейшие условия труда и быта народа в прошлом способствовали распространению заразных болезней в больших масштабах. Достаточно привести такие цифры. В период с 1823 по 1910 г. в России насчитывалось 44 холерных года. В голодные 1892—1893 гг. зарегистрировано свыше 700 тыс. больных холерой, почти половина которых умерли. Чрезвычайно велика была заболеваемость и смертность среди детей. В конце XIX — начале XX в. от основных детских инфекций: скарлатины, дифтерии, кори и коклюша умирало ежегодно от 250 до 500 тыс. детей. Полмиллиона детских жизней ежегодно недосчитывала страна из-за заразных болезней! Даже после введения противодифтерийной сыворотки (1894 г.) от дифтерии погибал каждый седьмой заболевший ребенок.

И это не удивительно, ибо в 1913 г. на 100 тыс. населения приходилось только 15 врачей, проживавших в большинстве своем в городах. О развитии больничной сети можно судить хотя бы потому, что во всей России к тому времени насчитывалось немногим более 200 тыс. больничных коек. Во всех городах страны работали в те годы всего лишь 342 санитарных врача, причем почти половина из них — в Москве и Петербурге. И это в то время, когда в стране регистрировалось ежегодно более 10 млн. острых инфекционных заболеваний! Кроме того, в этот год зарегистрировано 10 млн. больных малярией, 5 млн. чесоткой и 2,5 млн. сифилисом. Туберкулезом же в те годы страдало не менее 20% населения, т. е. каждый пятый житель России. А сколько таких больных оставалось без учета, ведь их регистрация была необязательной, а если где и осуществлялась, то далеко не полно.

Первая мировая война и последовавшая за ней гражданская война и иностранная интервенция еще больше ухудшили и без того отсталое санитарное состояние России. После Октябрьской революции в стране бушевали гигантские эпидемии сыпного, брюшного и возвратного тифов, дизентерии, гриппа, малярии, холеры, оспы, детских капельных инфекций и многих других заразных болезней. По подсчетам Л. А. Тарасовича, только за 1918— 1921 гг. сыпным тифом переболело 25 млн., а возвратным тифом — 9 млн. человек. От гриппа же погибло больше людей, чем в результате военных действий за этот период.

Потребовалось необычайное напряжение всех сил молодой Советской Республики, чтобы перебороть эпидемическое зло. Для борьбы с эпидемиями предпринимались исключительные меры. Учреждались чрезвычайные санитарные комиссии, призванные проводить «санитарную диктатуру» в тылу и на фронтах.

В комплектовании кадров для противоэпидемической работы принимал участие В. И. Ленин. Вот его рекомендательная записка председателю чрезвычайной комиссии по борьбе с сыпным тифом («Чрезвысыптиф») Восточного фронта:

«Всем советским учреждениям и военным властям 27 октября 1919 г.

Податель сего — т. Борис Соломонович Вейсброд, доктор, лично мне известен. Старый партийный работник. Прошу отнестись к нему с полным доверием и оказывать ему всяческое содействие.

Председатель СНК — В. Ульянов (Ленин)».

Подобную же характеристику — «лично известен» — имел и легендарный революционер Камо. Как видим, борьбу врачей с эпидемиями В. И. Ленин приравнивал к фронтовой работе.

Действительно, уже с самого начала становления Советской власти уделялось большое внимание улучшению санитарно-эпидемиологического состояния страны. Большую роль в этом сыграл нарком здравоохранения Н. А. Семашко. Санитарным отделом наркомата руководил А. Н. Сысин. Уже в январе 1918 г. в Москве состоялось первое совещание бактериологов, в октябре — совещание санитарных врачей, а вслед за этим — объединенное совещание, которое приняло масштабы съезда и теперь расценивается как первый съезд эпидемиологов. Второй и третий съезды состоялись в 1919 г. В последующем они созывались регулярно.

Деятельность врачей в те годы была по-настоящему героической. Как писал основоположник советской эпидемиологии Д. К. Заболотный, у нас не хватало белья и одежды, не было дров для стирки, бань и отопления больниц, и все же врачебный персонал настойчиво проводил выработанные наукой и практикой мероприятия. Больше 60% медицинского персонала переболело сыпным тифом.

Действительно, медицинские работники — врачи и медсестры, профессора и санитары — нередко становились первыми жертвами заразных болезней. Австрийский ученый М. Папиенгейм, побывавший в России в 1921 г., заявил, что он не может закончить своего отчета о поездке, не воздав искреннего удивления самоотверженной работе русских врачей. Несмотря на тяжелые условия, они все прониклись сознанием, что в их руках наивысшее благо нации, фундамент социального развития — охрана народного здоровья.

При работе в эпидемических очагах врачей встречали зловонные помещения вокзалов, горы белья, кишащего вшами, сотни трупов людей, погибших от инфекций. Все это надо было расчистить и обезвредить, накормить голодных и излечить больных.

Д. К. Заболотный возглавлял борьбу с холерой в Петрограде, и под его руководством эпидемия была ликвидирована в рекордно короткий срок: за два месяца. Отмечая это, одна английская газета писала, что меры против холеры при Советах были организованы лучше, чем при царском режиме, что свидетельствует об организационном таланте их руководителей.

После гражданской войны эпидемии острозаразных болезней постепенно стихают. Если заболеваемость холерой в 1920 г. составляла 447 на каждые 100 тыс. населения, то в 1922 г.— уже только 46, а в 1925 г. было зарегистрировано всего 12 случаев. Если показатель заболеваемости сыпным тифом в 1919 г. был равен 2743, то в 1925 г.— только 52. В 1919 г. отмечено 186 тыс., а в 1925 г.— 25 тыс. заболеваний оспой. Естественно, что и эти цифры были достаточно велики, ибо каждый случай заразного заболевания грозил в любой момент вызвать эпидемию. Поэтому санитарно-эпидемиологическая работа в стране не только не свертывалась, а, наоборот, разрасталась.

Уже в трудные годы разрухи были основаны санитарно-эпидемиологические органы республики. Первая санитарно-эпидемиологическая станция открылась в Гомеле в 1922 г. Именно тогда был принят декрет «О санитарных органах республики», определяющий их задачи: санитарную охрану воды, воздуха, почвы, жилищ, пищевых продуктов, здоровья детей, санитарную охрану труда и санитарное просвещение населения. Задачи борьбы с чумой и малярией решала сеть противочумных и малярийных станций в районах распространения этих болезней. Позже были образованы подобные же туляремийные и бруцеллезные станции. В 1933 г. создана Всесоюзная государственная санитарная инспекция. Повсеместно были образованы санитарно-эпидемиологические станции (СЭС), число которых к 1940 г. достигло 1958. Развитие сети санитарно-эпидемиологических учреждений потребовало соответствующей подготовки специалистов. Были организованы санитарно-гигиенические факультеты медицинских институтов, и к 1940 г. в системе Наркомздрава работало более 11 тыс. врачей санитарно-эпидемиологического профиля, примерно 8% от всего числа врачебных кадров.

С такими показателями пришла наша санитарно-эпидемиологическая служба к началу Великой Отечественной войны.

Эпидемическая обстановка в армии и в тылу в это время была благополучной, и войска, отходившие внутрь советской территории, и эвакуированное население в первое время не подвергались большой эпидемической опасности. Но уже с началом контрнаступления советские войска встретились с большими очагами инфекционных болезней на территории, освобожденной от немецких захватчиков.

Благодаря рациональной организации санитарно-эпидемиологического обеспечения войск в период Отечественной войны удалось избежать эпидемических осложнений, которые бы тормозили действия армии и флота. После войны начальник Главного санитарно-эпидемиологического управления Вооруженных Сил Т. Е. Болдырев так сформулировал принципы противоэпидемического обеспечения войсковых операций:

— противоэпидемическая   работа   является   обязанностью врачей и фельдшеров всех специальностей;

— медицинская служба должна интересоваться общей эпидемической обстановкой среди населения и предотвращать занос инфекции в войска;

— лечение инфекционных больных необходимо проводить по месту их обнаружения, не эвакуируя их в тыл.

В условиях широкого распространения заразных болезней на оккупированных территориях эти принципы помогли сохранить эпидемическое благополучие войск во все периоды наступления. А ведь только заболеваемость сыпным тифом, например, в Белоруссии в 1944 г. была в 44 раза выше, чем в 1940 г.

После окончания войны инфекционная заболеваемость благодаря продолжающимся усилиям здравоохранения начала постепенно снижаться. Так, в 1960 г. по сравнению с 1940 г. заболеваемость брюшным тифом снизилась в 3 раза, малярией — в 1000 раз, сыпным тифом — в 10 раз.

Большую роль в этом сыграли организационные преобразования в санитарно-эпидемиологическом обслуживании населения.

В 1973 г. было введено в действие новое положение о Государственном санитарном надзоре в СССР, главная задача которого состоит в контроле за проведением санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, направленных на предотвращение загрязнения внешней среды, оздоровление условий труда, быта и отдыха трудящихся, а следовательно, на снижение заболеваемости, в том числе и инфекционной природы.

Положением уточняется система санитарно-эпидемиологической службы, в которой в качестве основного звена принята санитарно-эпидемиологическая станция союзной и автономной республики, края, области, округа, города, района, а также бассейна, порта и линейного участка на водном транспорте, а также на железнодорожном транспорте и в авиации.

В качестве руководящих органов в эту систему входят главные санитарно-эпидемиологические управления министерств здравоохранения Союза ССР и союзных республик.

Особо важную роль в руководстве противоэпидемической работой играет Главное управление карантинных инфекций Минздрава СССР.

Введено новое наименование должностных лиц, возглавляющих санитарно-эпидемиологическую службу: главные государственные санитарные врачи. Это подчеркивает государственный характер службы и выделяет их среди других должностных лиц здравоохранения, включая главных санитарных врачей железнодорожного транспорта или гражданской авиации, осуществляющих санитарный надзор только на ведомственных объектах.

Для выполнения своих обязанностей специалисты службы имеют право беспрепятственно посещать объекты надзора в любое время суток, давать предложения об устранении санитарных нарушений и требовать их выполнения.

Санитарно-эпидемиологическая служба занимает видное место в социалистическом здравоохранении. В десятой пятилетке в стране функционировало около 4300 СЭС, в которых работало более 50 тыс. специалистов с высшим и 160 тыс. со средним образованием. Много квалифицированных работников занято также в системе научно-исследовательских институтов противоэпидемического и санитарно-гигиенического плана. В настоящее время число последних достигает 78. Если в 1940 г. насчитывалось 12,5 тыс. специалистов санитарно-эпидемиологического профиля, в 1950 г.— 21,9 тыс., в 1960 г.— 31,5 тыс., в 1970 г.— 40,5 тыс., то в 1975 г.— уже 49,1 тыс., или около 6% всех врачей. В 1976 г. у нас было 835,2 тыс. врачей, или 32,7 врача на 10 тыс. населения. Всего же в здравоохранении занято более 5 млн. работающих высшего, среднего и младшего персонала.

В результате на каждую тысячу населения страны приходится один специалист санитарно-эпидемиологической службы. При этом нужно учесть, что значительную долю противоэпидемической и профилактической работы проводят медицинские работники поликлиник, больниц, детских дошкольных и школьных учреждений, диспансеров, женских консультаций и других организаций, не имеющих формального отношения к санитарно-противоэпидемическим учреждениям. В профилактике заразных болезней существенна роль и других профессиональных групп населения и органов власти. К ним относятся органы милиции, торговые организации, представители железнодорожного и других видов транспорта. Разумеется, вся их работа проводится под контролем СЭС.

В структуре СЭС имеются три основных подразделения: санитарно-гигиеническое, эпидемиологическое и дезинфекционное, каждое из которых представлено оперативной и лабораторной частью.

Как видим, эта структура достаточно сложна, что отражает многообразие функций и комплексный характер сан-эпидслужбы.

Лабораторная база этой службы насчитывает сейчас более 4250 бактериологических и 179 вирусологических лабораторий, 1323 лабораторных отделения коммунальной гигиены, 162 отделения физико-химических методов исследования, 141 токсикологического отделения и 180 групп по определению остаточных количеств ядохимикатов.

Говоря о перспективах усиления эффективности Государственного санитарного надзора, главный санитарный врач страны П. Н. Бургасов подчеркивал, что самого пристального внимания заслуживает проблема органической связи гигиенического, эпидемиологического и лабораторного (санитарно-бактериологического) звеньев службы в повседневной и научной работе.

В основе предупреждения кишечных инфекций, например, лежит система мероприятий, последовательное осуществление которых оказывает существенное влияние на оздоровление внешней среды, резко сокращая интенсивность циркуляции возбудителей. Нельзя забывать, что возникновение вспышки острых кишечных инфекций должно привлекать внимание не отдельного подразделения, а всей службы в целом, ответственной за контроль эпидемической обстановки в данном регионе. Только комплексное обследование и анализ обстановки на конкретной территории может оперативно и эффективно повлиять на ход эпидемической вспышки.

В целом социальное значение санитарно-эпидемиологической службы огромно. Вся наша жизнь незримыми нитями связана с нею. Умываетесь ли вы, или завариваете утренний чай, знайте, что вода проверена на бактериальную чистоту. Покупаете ли продукты питания или питаетесь в столовой, купаетесь в реке или в бассейне, зашли в парикмахерскую или в баню — всюду чувствуется контроль санэпидслужбы. Почва и воздух также подвергаются повседневному контролю, как и любое

изделие, идущее для нашего употребления в быту и на производстве. Существует огромный перечень предельно допустимых концентраций химических и других веществ в воде, которую пьем, и в воздухе, которым дышим. Имеется набор санитарных стандартов и ГОСТов для различных объектов среды и предметов обихода. Проверяются на химическую и бактериологическую чистоту и допустимость посуда и детские игрушки, одежда и строительные материалы.

А сколько работы бактериологам и вирусологам в природных очагах болезней! Строительство любого предприятия и города, проведение геологоразведочных и других изыскательских работ не обходится без участия эпидемиологов. Здесь и разведка опасных болезней в эндемичной местности, проведение предохранительных прививок и организация других противоэпидемических мероприятий, о которых иногда население и не догадывается. Еще больше заботы выпадает на долю санэпидслужбы в период эпидемической опасности. Мало кто представляет, сколько труда и энергии, сил и средств вкладывается в предотвращение распространения заразных заболеваний, хотя бы при гриппе или эпидемиях кишечных инфекций, не говоря уже о таких опасных болезнях, как холера или чума. О комплексном характере эпидемиологии и пойдет наш дальнейший разговор.


Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Copyright ©, МЕДИЦИНА Научно-популярный журнал, 2012-1018. Все права защищены.